Улики из прошлого 2. Тайна картины Коровина 2 сезон (2021) смотреть сериал онлайн

Люда Дайнека уже давно привыкла разбираться в старых преступлениях, которые все считали давно закрытыми. Но в этот раз всё оказалось гораздо ближе и больнее.

Её лучшая подруга Нина вдруг осталась совсем одна. Умерла последняя родственница, бабушка Валентина Сергеевна. Воронцова. В последние дни старушка всё время говорила о какой-то картине Константина Коровина, о спрятанных сокровищах и о том, что нельзя никому доверять. Врачи считали это предсмертным бредом, Нина тоже старалась не придавать значения.

Прошло три года. Нину нашли мёртвой в её собственной квартире. Официальная версия звучала просто и скучно: ограбление, случайный конфликт, бытовуха. Но Люда знала подругу слишком хорошо. Нина никогда не открывала дверь незнаком, не держала дома наличных денег и уж точно не стала бы спорить с случайным грабителем.

Люда начала копать сама.

Сначала она просто перебирала старые фотографии Нины и бабушки. Потом поехала в маленький городок под Сергиевым Посадом, где Валентина Сергеевна прожила почти всю жизнь. Там, в старом деревянном доме, всё ещё пахло ладаном и сушёными яблоками.

В кладовке Люда нашла потайной ящик в полу. В нём лежали пожелтевшие письма, несколько довоенных фотографий и записная книжка с обложкой из телячьей кожи. На первой странице аккуратным почерком было написано: «Если со мной что-то случится, ищите „Зиму“ Коровина».

Картина Константина Коровина под названием «Зима» считалась утраченной ещё с сорок первого года. Её вывезли из московской квартиры коллекционера вместе с другими полотнами во время эвакуации, и с тех пор никто не видел.

Но в записной книжке были наброски, точные размеры, описание рамы и даже номер экспертизы 1938 года. А ещё имена. Много имён. Некоторые из них Люда знала: известные московские антиквары, сотрудники музеев, даже один бывший следователь НКВД.

Чем глубже она погружалась, тем страшнее становилось. Оказалось, что бабушка Нины в молодости работала горничной в доме того самого коллекционера. Именно она помогла спрятать самые ценные картины, когда началась война. Одна из них, «Зима» Коровина, якобы осталась в России, спрятанная в надёжном месте.

После войны Валентина Сергеевна молчала почти семьдесят лет. А перед смертью всё-таки решилась рассказать внучке. И этой тайны хватило, чтобы Нину убили.

Люда поняла: кто-то очень долго ждал, пока последняя свидетельница уйдёт. А когда Нина стала случайной жертвой, просто потому что могла знать слишком много.

Теперь за Людой самой начали следить. Ей звонили с незнакомых номеров и молчали в трубку. В подъезде кто-то оставлял записки: «Не лезь не в своё дело». Однажды ночью в её машине оказались проколоты все шины.

Но она не остановилась.

Она нашла пожилого реставратора, который в восьмидесятые годы тайно осматривал ту самую картину. Нашла дочь того самого антиквара, которая до сих пор жила в Париже и боялась возвращаться в Россию. Нашла даже старого сотрудника музея, который когда-то подделывал документы, чтобы ценности не попали в государственные фонды.

Каждый из них знал только кусочек правды. Но когда Люда собрала всё вместе, картина стала ясной.

«Зима» Коровина действительно существовала. И всё это время находилась в России. В обычной подмосковной даче, замурованная в стену старого камина. Именно туда Нина ездила за неделю до смерти, якобы проведать старую знакомую бабушки.

Люда поехала туда ночью, одна. Включила фонарик и начала простукивать стену. И нашла. Полотно было завернуто в несколько слоёв промасленной ткани. Краски сияли так, будто их нанесли вчера.

В ту же ночь её ждали.

Но теперь у Люды было доказательство. И запись на диктофон, где один из тех, кто охотился за картиной десятилетиями, сам рассказал всю историю, думая, что говорит с покупателем.

Утром приехали полицейские. Те самые, которые три года назад закрыли дело Нины как бытовое убийство.

Картину вернули в музей. Убийцу нашли. А Люда долго ещё не могла прийти в себя.

Она сидела на скамейке напротив Третьяковки и смотрела на афишу новой выставки. Там висела «Зима» Коровина. Та самая.

И впервые за много месяцев Люда улыбнулась. Нина бы гордилась.